Жильё в Северной Корее

살림집 (sallimjip) означает жилище или дом. Формальная система основана на государственном планировании, строительстве и распределении, известном как 배정. Государственные и местные органы, рабочие места и другие организации могут влиять на то, какое домохозяйство получит жильё. Точное ответственное ведомство зависит от места и прозрачно не задокументировано по всей стране. Жители, как правило, получают право пользоваться жильём и проживать в нём, а не надёжное право частной собственности. Для большинства жителей прямого аналога формальной частной собственности и частной аренды нет. В официальных заявлениях Северной Кореи предоставление жилья описывается как бесплатное, однако, согласно сообщениям, жители также платят 사용료 (плату за пользование) и расходы на содержание. Актуальные общенациональные тарифы и надёжные рыночные цены неизвестны. Доступ основан не на открытой системе заявок и объявлений. На результат могут влиять работа, функции или должность, состав домохозяйства, регион, политико-социальное положение и доступная строительная программа. Региональное неравенство значительно. Доступ в Пхеньян особенно строго контролируется, а разрешения на поездки и другие административные требования на практике затрудняют свободный выбор места жительства, несмотря на формальные заявления о свободе передвижения. Чтобы вселиться в предоставленное жильё и пользоваться им, домохозяйству обычно требуется 입사증 или 살림집리용허가증. Эти документы служат свидетельством вселения или пользования жильём. Предполагается, что домохозяйство будет использовать жильё согласно распределению, сообщать об изменении места жительства, оплачивать применимые сборы за пользование или содержание и соблюдать административные требования. Надёжно подтвердить орган, выдающий документы по всей стране, невозможно. Жильё может выделяться в рамках государственного строительного проекта, распределения через рабочее место или организацию либо реконструкции после стихийного бедствия. Программы восстановления могут отдавать приоритет пострадавшим домохозяйствам и работникам. В официальных сообщениях упоминались планы построить 50 000 домов в Пхеньяне и 25 000 в Комдоке в 2021–2025 годах. В отчётах КНДР за 2024 год заявлялось о строительстве 40 000 домов в Пхеньяне, более 100 000 сельских домов, 20 000 в Комдоке и 3 000 в Самджиёне. Эти цифры представлены самой КНДР и независимо не проверены. Передача жилья, переезд и изменение состава проживающих регулируются административно. Продажа, покупка или субаренда без разрешения не относятся к формальной процедуре. Неформальные сделки с жильём распространились примерно с 2000-х годов, особенно в городах. Их могут организовывать должностные лица, имеющие доступ к свидетельствам, и неформальные посредники, но получаемые права собственности и правовая защита ненадёжны. В опросе перебежчиков из Северной Кореи за 2016–2020 годы 15,3% сообщили об опыте продажи, а 20,5% — о покупке; это не общенациональная статистика. Сообщается, что контроль таких сделок ужесточился. Условия жилья различаются по регионам, типам зданий и инфраструктуре. В социально-демографическом обследовании и обследовании здоровья 2014 года указаны следующие доли жилья по стране: 41,7% — дома рядной застройки, 32,8% — отдельные дома и 25,0% — квартиры; в Пхеньяне квартиры составляли 62,9%. В том же обследовании указано, что 82,1% домов имели водопровод внутри жилища, а в 62,5% был личный туалет со смывом. Для отопления обычно использовали уголь (56,5%) и древесину (48,8%). Эти показатели описывают условия 2014 года и не должны считаться современными общенациональными данными. Право пользования жильём может прекратиться в результате перераспределения, одобренного переезда, оставления жилья или принудительного переселения. Сообщалось о принудительном перемещении семей в сельские районы в качестве политической санкции. Общенациональные действующие правила наследования, прекращения права пользования, выселения и возврата жилья недостаточно подтверждены; независимая проверка защиты от произвольной утраты жилья невозможна.