Здравоохранение в Северной Корее

Официальная система здравоохранения организована через Министерство здравоохранения, провинциальные и уездные больницы, клиники ри, обслуживающие местные общины, и систему участковых врачей. Обычный путь пациента начинается в клинике ри или у участкового врача, а затем может продолжиться в уездной, провинциальной или центральной больнице. Акушерская и неонатальная помощь, диагностика, хирургия, госпитализация, вакцинация и услуги акушерок официально предоставляются бесплатно. В Северной Корее нет надёжно опубликованного общенационального номера экстренной помощи, гарантии предоставления скорой помощи или единой гарантии направления, поэтому доступ к срочному лечению может зависеть от расстояния, транспорта, местных ресурсов и процедуры направления. Система также уделяет особое внимание профилактике. Услуги включают плановую вакцинацию, гигиенические меры, эпиднадзор, скрининг недостаточности питания с измерением окружности середины плеча, витамин A, дегельминтизацию, порошки с микронутриентами, соли для пероральной регидратации с цинком, а также меры в области водоснабжения, санитарии и гигиены. Дни здоровья детей проводятся по всей стране; исторически они проходили дважды в год. По сообщениям, в 2024 году кампания наверстывающей вакцинации охватила более 800 000 детей и 120 000 беременных женщин. Согласно отчётам министерства, к июню 2025 года вакцинацию завершили все дети, родившиеся до конца 2024 года, а ЮНИСЕФ сообщал, что к концу 2025 года завершённая вакцинация охватила 99% детей в когортах программы наверстывающей вакцинации 2022–2025 годов. Эти цифры отражают отчётные результаты программы; независимая проверка по всей стране остаётся ограниченной после прежних перебоев с поставками вакцин. Формальное отсутствие платы не означает отсутствия практических расходов. Пациентам может понадобиться самостоятельно приобретать лекарства, топливо, оборудование, продукты питания или транспорт; часть лекарств получают на рынках. В докладах ООН описывались нехватка лекарств, оборудования, электричества, воды, санитарных условий и подготовленных кадров. Из-за нехватки лечение, включая хирургическое, может задерживаться или быть недоступным. Надёжные общенациональные сведения о ценах, времени ожидания, критериях направления и запасах в учреждениях в открытом доступе отсутствуют. Последующее наблюдение обычно продолжается в местной клинике, у участкового врача или по направлению в больницу. Программа ведения острой недостаточности питания на уровне общин (CMAM) работала в 189 больницах и связанных с ними пунктах. В отчётах указано, что к середине 2025 года лечение получили 18 444 ребёнка с недостаточностью питания, а к концу 2025 года — 17 595 детей с тяжёлым истощением; последняя цифра составляет 49% от заявленного целевого числа пациентов. Эти данные относятся к разным отчётным периодам и не должны считаться полным отражением общенациональной потребности. Нехватка финансирования по-прежнему приводит к пробелам. Поддержка психического здоровья и психосоциальная помощь (MHPSS) оценивались в рамках картирования психического здоровья детей и подростков и Национального стратегического плана по психическому здоровью на 2023–2030 годы, однако масштабы доступных по стране услуг остаются неясными. Данные о реабилитации, санаторном лечении, помощи при хронических заболеваниях и уходе на дому ограничены. К зарегистрированным рискам для общественного здоровья относятся недостаточность питания, диарейные заболевания, пробелы в защите от инфекций, предотвращаемых вакцинацией, туберкулёз и малярия. Доступность безопасной воды и санитарии неодинакова, а перебои с электроснабжением нарушают работу медицинских учреждений. Профиль малярии ВОЗ за 2024 год опирается на представленные страной и проверенные данные; в отчётах ВОЗ также отмечались отступления в борьбе с инфекционными заболеваниями. Показатели распространённости заболеваний не следует переносить на Северную Корею без первичных данных по конкретному месту. Законы и конституционные положения Северной Кореи провозглашают равный доступ к всеобщей бесплатной медицинской помощи и отводят профилактике центральную роль. На практике услуги доступны не всегда в соответствии с этим формальным правом, а надёжно подтверждённый, независимо применимый общенациональный порядок подачи жалоб или апелляций не описан. Международные организации, включая ВОЗ, ЮНИСЕФ и ГАВИ, поддерживают отдельные программы и поставки, но это не создаёт общего прямого доступа для иностранных пациентов. Доступ особенно ограничен в сельских и удалённых районах, а также для пожилых людей, людей с медицинской уязвимостью и домохозяйств с ограниченными ресурсами. Официальные заявления, данные программ ООН и агентств и свидетельства внешних наблюдателей не всегда совпадают, отчасти потому, что ограничения доступа затрудняют независимую проверку на местах.