Государство в Йемене

Конституционная система Йемена предусматривает законодательную, исполнительную и судебную власть, выборные местные советы и центральную администрацию. Официальный язык — арабский, государственная религия — ислам, а исламское право обозначено как главный источник законодательства. Палата представителей насчитывает 301 место, а Совет министров формально является высшим исполнительным и административным органом. Формальная столица — Сана. Проект конституции, подготовленный в 2015 году, не был ратифицирован. На высшем уровне международно признанное правительство представлено Президентским руководящим советом (PLC). 7 апреля 2022 года президент Абдраббу Мансур Хади передал свои полномочия восьми членам PLC, который возглавил Рашад аль-Алими. Правительство и парламент совета работают преимущественно из Адена и заявляют о формальной власти над всем Йеменом, но фактический охват различается по регионам. «Ансар Аллах», обычно называемые хуситами, контролируют Сану и значительную часть северного и западного Йемена через Высший политический совет и параллельные административные, силовые, судебные, налоговые и разрешительные структуры. Эти де-факто власти не признаны на международном уровне в качестве правительства Йемена. Формально Йемен разделён на 22 мухафазы, включая Аманат аль-Асиму, и 333 района. Губернаторы, главы районов, местные органы власти, местные советы и филиалы министерств обеспечивают формальное территориальное управление. Их кадровые ресурсы, финансирование, обязанности и способность оказывать услуги резко различаются между мухафазами и зонами контроля. На то, как люди получают услуги и разрешают споры, также влияют посредничество племён, местные элиты, вооружённые группы и гуманитарные организации. Управление гражданской регистрации действует через структуры в обеих основных зонах контроля. Для получения удостоверений личности, свидетельств о рождении, паспортов и документов о проживании или адресе могут потребоваться разные учреждения, документы и сборы, а сроки обработки могут различаться. Перемещение населения, утрата документов, контрольно-пропускные пункты и ограничения на передвижение могут препятствовать доступу, даже если формальная процедура существует. Основные услуги часто обеспечиваются совместно местными органами, ООН и неправительственными организациями. Единых надёжных общенациональных стандартов обслуживания в Йемене нет. Государственные финансы также разделены. Доходы международно признанного правительства в первой половине 2025 года сократились примерно на 30% в годовом исчислении на фоне блокады экспорта нефти, уменьшения грантов, сокращения расходов и задержек зарплат. К середине 2025 года государственный долг превысил 100% ВВП. Мухафазы сохраняют часть доходов и таможенных поступлений, а Центральный банк Йемена в Адене управляет валютными и импортно-налоговыми функциями в своей зоне. Центральный банк Йемена в Сане действует в отдельном финансовом и нормативном пространстве под контролем хуситов. Параллельные налоги, расчёты наличными и нехватка ликвидности означают, что сборы и условия оплаты зависят от властей, зоны и рыночных цен. К формальным механизмам надзора относятся контроль бюджета и исполнительной власти со стороны Палаты представителей, аудит государственных расходов и расследования Центральной организации по контролю и аудиту (COCA), а также работа Высшего национального органа по борьбе с коррупцией (SNACC), включая декларации об активах и направление дел. Национальная комиссия по расследованию документирует предполагаемые нарушения всех сторон конфликта. На практике доступ к информации, независимость учреждений, исполнение решений и юридические средства защиты неодинаковы по всей стране. Конституция формально защищает равенство, свободу выражения мнения и объединений и политическое участие, а также предусматривает обязанности, например уплату государственных сборов и участие в национальной обороне. Однако гражданское пространство сузилось в обеих основных зонах контроля. Журналисты, неправительственные организации, политические оппоненты и люди, критикующие власти в интернете, сталкиваются с такими рисками, как цензура, вызовы на допрос, произвольное задержание и запугивание. С 2025 года в районах под контролем «Ансар Аллах» были задержаны как минимум 73 сотрудника ООН, что ещё больше ограничило гуманитарный доступ. В Йемене формально действуют вооружённые силы и министерства обороны и внутренних дел, однако ни одна власть не обладает эффективной общенациональной монополией на применение силы. На севере действуют силы и органы безопасности хуситов; в отдельных районах юга и востока действуют силы международно признанного правительства, Южного переходного совета, «Щит нации», местные вооружённые группы и племенные формирования. Их полномочия и лояльность могут пересекаться. Вооружённый конфликт, беспилотники и ракеты, мины и самодельные взрывные устройства, похищения, контрольно-пропускные пункты и угрозы судоходству в Красном море и Баб-эль-Мандебском проливе создают риски, от которых формальные юридические права не всегда защищают. В отношении хуситов действует оружейное эмбарго ООН, а доступность полицейской или военной защиты неодинакова по стране.